Предыдущая Следующая
Эмоции, как видно из примеров, это результат некоторого взаимодействия, его сухой остаток, результат события, которое само
77
~Музыка-тные способности
по себе может и не иметь форму коммуникации. Но музыка — не результат, а процесс, процесс общения. Он эмоционально окрашен, однако требует помимо чисто эмоционального описания дополнительного ряда понятий, которые учитывали бы особенности музыки как «голоса другого», как закодированного в звуках сообщения. Как человек переживает процесс общения, и что он означает для него? Откуда возникают эмоции, которые этот процесс возбуждает? II тогда для классификации музыкального восприятия основными станут так называемые коммуникативные архетипы — не менее древние, чем радость, гнев или печаль — стереотипы, «вечные образцы» человеческой коммуникации, где ее содержание и внешние атрибуты обнажают свои незыблемые основания. Понятие «архетип», средоточие древнейших следов человеческой психики, дремлющих по сей день в глубинах бессознательного, ввел в научный обиход психолог Карл Юнг в 20-е годы XX века.
Существуют четыре главных вида общения между людьми, четыре коммуникативных архетипа. Первый — это взаимодействие лидера и толпы, начальника и подчиненного, высшего и низшего; второй — это обращение низшего к высшему, когда первый взывает, просит и надеется, а его собеседник слушает и решает; третий тип социальной коммуникации — общение равных с равными, и оттого оно наиболее естественно и легко; четвертый общение с самим собой, со своей душой. Коммуникативные архетипы диктуют определенный эмоциональный тонус, двигательный эквивалент и пространственные координаты процесса общения, создают его обобщенный образ, имеющий интермодальный характер — зрительный, моторно-двигательный и слуховой, где все эти модальности пребывают в нерасторжимом единстве.
Если представить, как во все времена общаются лидеры и толпа, вожди и народы, полководцы и их войско, то непременно обнаружится значительное сходство, продиктованное ситуацией. Лидер будет повелевать толпой, чтобы она признала в нем сильнейшего. Вождь должен призвать толпу к бою, к подвигу, и она беспрекословно последует за ним. Так же ведет себя не только предводитель многотысячных масс, но и бригадир на стройке и даже петух в курятнике: он горделиво прохаживается, выпятив грудь, и громко кукарекает, пронзительно и крайне уверенно заявляя о своем превосходстве — природа власти всегда и всюду одна и та же, кто бы и кем бы ни повелевал.
Пространственно-двигательный, энергийный аналог коммуникативного архетипа призыва, проявляясь в звуковой форме, подра-
78
нтонационный слух
зумевает некую оболочку; интонации архетипа призыва без сомнения громкие, восходящие, причем восходящие резко и поступательно, без колебаний. Этот «голос» обнимает широкий диапазон, он размашист и крепок, характер его движения крупный, резкий и сильный, захватывающий большое пространство. Моторный эквивалент архетипа призыва часто заключает в себе призывный жест, который трактуется как жестовый «выкрик»: «Вперед! За мной!» -в подобных позах стоят памятники вождям. Именно таковы были древнейшие образцы архетипа призыва, относящиеся к заклинаниям жрецов, к шаманским камланиям эвенков и чукчей, к древнейшим военным и охотничьим ритуалам.
Предыдущая Следующая
