Предыдущая Следующая
Для того чтобы донести нужную информацию, звук обладает всем набором необходимых свойств. Прежде всего, он сообщает, кто и что звучит, чей «голос» мы слышим. У больших и грузных предметов «голос» низкий, грубый и шероховатый так звучит рев зверя и грохочет земля во время землетрясения. Малые и легкие предметы, потенциально не столь опасные, звучат иначе: высоко и мягко поют птицы, звонко звучат детские голоса, пронзительно сухо стрекочут в траве кузнечики. Тембр или общая окраска звука, а также регистр, то есть расположение звуков в низком или высоком диапазоне, отличают голоса всех людей — по тембру голоса мы узнаем всех знакомых; тембр и регистр отличает друг от друга музыкальные инструменты — низко и густо звучит контрабас, высоко и пронзительно — труба, ворчливо гнусавит фагот, свободно и плавно поет валторна. Услышав звук в определенном тембре и регистре, мы уже очень много знаем о том, как нам действовать и чего ожидать от этого звукового «источника».
Не менее важно, далеко ли находится источник звука и под силу ли ему прорезать большие расстояния. Громкие звуки означают, что «объект», даже вернее, «субъект», поскольку с ним, быть может, придется познакомиться поближе, уже рядом. Тихое звучание, наоборот, информирует о том, что можно еще подождать, подточить
63
'Музыкальные способности
стрелу и прищуриться — топот вражеских коней далеко за поворотом... Громкость наряду с характером произнесения сообщают самую главную информацию: чего же хочет от нас «субъект», и каковы его намерения. Злая собака будет лаять отрывисто, грубо, часто, как бы заливаясь, а ласковый котик станет мурлыкать — его мелодия сольется в нежнейшее «пение». И неважно, можно ли различить высоту отдельных звуков в таких «посланиях», и образует ли их последовательность определенный ритмический рисунок — перечисленных свойств звука вполне достаточно, чтобы слушатель мог сориентироваться по отношению к «субъекту». Тембр, регистр, громкость, артикуляция и акцентность его «речи» вместе с ее темпом -быстрым или медленным, торопливым или неспешным, расскажут все о коммуникативных намерениях «субъекта».
Эти свойства звука не записаны в нотах, но именно они определяют характер музыки, ее реальное звучание и реакцию на него. Если отвлечься от точной высоты звуков и ритмического рисунка (именно они и зафиксированы в нотном тексте), смысл музыки все равно будет ясен: легко и воздушно, стремительно и как бы шурша будет бежать прокофьевская Джульетта-девочка, и так же воздушно, будто ускользая, пролетят эльфы из «Сна в летнюю ночь» Мендельсона. Ненотируемые свойства звука подобны речевой интонации, которая доносит смысл сказанного, даже если слова «остались за кадром». Потому и возникло известное асафьевское выражение «музыка — искусство интонируемого смысла»; интонируемого смысла, который проявляется в том числе и в самых грубых, самых простых качествах звучания — в направлении мелодического движения, громкости и силе звука, в большей или меньшей его активности, акцентированности, в особенностях голосового или инструментального «произношения». Смысловую и эмоциональную сторону звучания музыковед В.Медушевский называл «интонационной формой» музыки, чтобы отделить ее от высотно-ритмической схемы звучания, названной «аналитической формой».
Предыдущая Следующая
