Предыдущая Следующая
Важнейший момент в работе архитектонического слуха — это его опора на пространственные представления. Будучи оператором целостности текста, архитектонический слух единым взором охватывает все состоявшиеся музыкальные события, сопоставляя их друг с другом. Он находит ведущую идею, скрепляющую это музыкальное «сооружение», он видит музыкальную форму как пространственный объект со своими пропорциями и закономерностями структуры. Эти закономерности не относятся к отдельным звукам и мельчайшим мотивам, они не относятся к правилам языкового уровня — все эти простейшие музыкальные связи на уровне сочленения отдельных звуков и рядом стоящих созвучий контролирует аналитический слух. В отличие от него, архитектонический слух распоряжается более крупными блоками, каждый из которых представляет собой индивидуально сформированную единицу музыкальной речи; она принадлежит исключительно этому высказыванию и выполняет собственную роль в его структуре.
Охватывать мысленным взором большие музыкальные пространства и оценивать красоту музыкальных форм, понятную лишь при таком широком обзоре, могут далеко не все слушатели. Как отмечают многие музыковеды и психологи, большая часть аудитории слушает фрагментарно, отрывочно, не пытаясь представить все сочинение как целое. Психологи Рут Бриттин и Дебора Шелдон (Brittin, Ruth; Sheldon, Deborah) предложили ста студентам-немузыкантам оценить 12
1 Schoenberg, А. (1949) Style and idea, NY, p.97.
230
' ^f'/l l IlllWh 111411114(4 h IUI I 4U \
фрагмента европейской классической музыки и стиле барокко, ро маптп.ша и XX пека. Эти же сочинения оценивали и студенты-музы канты. Оценка фиксировалась н двух режимах: во время слушания музыки и после слушания музыки. Студенты-немулы канты весьма различно оценивали прослушанный материал и обоих режимах: после прослушивания они мгновенно охладевали к музыке, которая во время звучания им нравилась. Студенты-музыканты, напротив, про должали придерживаться той оценки, которую они дали во время слушания: отзвучавшая музыка сохраняла в их глазах свою прежнюю привлекательность и получала в «пост-слуховой» фазе такие же вы сокие оценки. Комментируя этот эксперимент, нельзя ие вспомнить асафьевские понятия «формы-процесса», где каждый момент перс1 живается в сопоставлении лишь с соседними моментами, и «формы кристалла», где вся форма предстает слушателю как законченное целое. Архитектонический слух контролирует форму-кристалл, и музы канты, чей архитектонический слух более совершенен, способны вое принимать форму-кристалл и реагировать на ее красоту. Немузы канты меньше приспособлены к такому слышанию, их архитектонический слух после прослушивания практически не включается, и услышанная музыка рассыпается на отдельные фрагменты, не вызывающие эстетической реакции.
Предыдущая Следующая
