Предыдущая Следующая
У человека, наделенного архитектоническим слухом, у того, кто понимает соразмерность частей и целого в музыке, эстетическое чувство сигнализирует, готово ли оно принять плоды композиторской фантазии. Работа архитектонического слуха, которую человек ощущает как непрерывный контроль на уровне «да» и «нет», «красиво» и «некрасиво», постоянно направляет процесс композиторского творчества. Без активного архитектонического слуха и эстетического чувства процесс композиции превратился бы в пустое «музыкальное извержение», которое некому было бы сформировать и превратить в осмысленное целое. Архитектонический слух является создателем музыкально прекрасного; благодаря его работе музыка из информационней системы языкового типа превращается в искусство, а человек — в композитора, чьи прекрасные творения способны его пережить.
1 ВеГн'рм, Л. (197.4) Лекции о музыке.! Iiici.mii. М„ Музыка, с. I 1.4. 1 Памяти СТаиксма. (1947) Сй. ста?гей. М.. Кпмиоапшр. с. 1К|. ' Малер, Г. МШИ) Письма, документы. М., Музыка,с. 2.ТЗ.
22з
< 'С( i/ шьтшпап ти шит
КАК РАБОТАЕТ АРХИТЕКТОНИЧЕСКИЙ СЛУХ
Композитору приходит на ум некая идея, смутный образ, который он хотел бы воплотить в звуках. Он много ищет, пробует, делает наброски, иногда ему кажется, что замысел его уже готов к воплощению. И если бы он удовлетворился первой же мыслью, что пришла ему на ум, если бы радостно и без критических размышлений схватился бы за все, что подсовывает его неустанно работающая фантазия, то он стал бы музыкальным графоманом: потоком выливался бы из-под его пера «музыкальный мусор». Такому композитору неведомы творческие муки, бессонные ночи и поиски идеала, поскольку он не знает, к чему же нужно стремиться и где «проживает» этот самый недостижимый идеал музыкально прекрасного.
У таланта же «на выходе» музыкальных проб и попыток стоит как строгий Цербер архитектонический слух. Ему известна исходная идея, от которой отталкивается композитор; он ощущает заложенные в ней звуковые связи и отношения, и теперь он должен проследить, чтобы работа не отклонялась от намеченного курса, чтобы все найденные музыкальные обороты и фрагменты нанизывались бы на избранную линию музыкального развития, становились ее органической частью. Архитектонический слух строг; эстетическое чувство часто вынуждено отправлять «в корзину» плоды композиторской работы, и автору приходится продолжать поиски, которые из-за требовательности собственного эстетического чувства могут его совершенно измучить. Племянник выдающегося композитора Николая Метнера вспоминает: «Он занимался буквально с утра и до вечера с огромным упорством и настойчивостью. Он часами мучительно искал такого выражения своей идеи, которое бы его удовлетворило. Он признавался мне, что у него при сочинении бывает такое чувство, как будто он должен запечатлеть то, что где-то уже существует, ему же нужно только снять все лишнее, выявить подлинную сущность этой музыки в предельном приближении к тому идеальному образу, который он ощущает. Это было для него всякий раз трудным и мучительным процессом»1.
Предыдущая Следующая
