Предыдущая Следующая
Работы Сарджента проливают свет на многие явления, связанные с абсолютным слухом. Он утверждает, что едва ли не каждый человек мог стать абсолютником, если бы начал заниматься музыкой в раннем детстве. Проведенный им опрос полутора тысяч членов английского Общества музыкантов показывает, что есть определенная связь между временем начала музыкальных занятий и обладанием абсолютным слухом. Абсолютный слух отмирает из-за того, что одна и та же музыка, когда звучит в разных тональностях, вос-
1 l/iiini, A. (2000) Absolute pitch in infant auditory learning: evidence for developmental reorganization. Journal of Acoustical Society of America, 108, p.3077
1G7
« W і/ інтими*!!' і mu tiimt't ти
принимается как практически та же самая; если бы это явление, которое музыканты называют «транспозиция», не существовало, то абсолютный слух мог бы сохраниться. Предположить подобное было бы, однако, полной фантазией — пение как основа музицирования не могло бы жить без исполнения одних и тех же мелодий то сопрано, то басом, то тенором. Все данные — и явление абсолютного слуха у животных (абсолютный слух музыканты иногда называют «собачьим»), и легкость, с которой младенцы воспринимают абсолютную высоту звуков — заставляют думать, что абсолютный слух вовсе не высшее достижение человеческого слуха, как иногда полагают, а напротив, слуховой рудимент, исчезающая тень эволюционного процесса, след слуховой стратегии наших далеких предков. В онтогенезе, в детском развитии, отражающем филогенез, развитие историческое, можно наглядно увидеть как абсолютный слух, едва наметившись, отмирает, не получив практического подкрепления: ни в музыке ни в речи он не является необходимым, и будучи невостребованным, этот рудимент спокойно отмирает как отпал когда-то у людей звериный хвост.
Музыкальное восприятие абсолютников во многом несовершенно, что несколько притупляет невольную зависть к ним со стороны коллег-музыкантов. Психолог Кениши Миязаки (Miyazaki, Ken'ichi) проверял, сумеют ли музыканты-абсолютники адекватно действовать в условиях расстроенной, нечистой звучности. Им нужно было сравнивать предъявляемые звуки с фальшиво звучащими эталонами. От этой фальши, от расстроенных звуков «до», «ми» и «фа-диез» абсолютники настолько растерялись, что ничего не смогли сказать. Музыканты же с относительным слухом работали как ни в чем не бывало; фальшь исходных эталонов они не слишком ощущали. Она не мешала им правильно определять расстояние между фальшивыми эталонами и остальными звуками. Музыкантам известно, что абсолютники часто пасуют в заданиях, где нужен относительный слух: они могут полагаться только на абсолютный слух, который хоть и очень удобен, но далеко не всесилен.
Предыдущая Следующая
